Курск 2032

"Кинь грусть" - как были закрыты дома терпимости в Курске

В начале века в губернии насчитывалось около 23 тысяч сифилитиков.

В 1903 году губернское начальство было крайне озабочено состоянием проституции в Курске, т.к. в результате «работы» публичных женщин в губернии увеличилось число специфических заболеваний, полученных после контактов с проститутками.

В начале века в губернии насчитывалось около 23 тысяч сифилитиков. Велика была и смертность от этого заболевания. Так, в 1902 году в Курске было зарегистрировано 768 умерших больных, в 1903 - 765, в 1904 - 850.

Естественно, ни власти, ни общественность не могли равнодушно относиться к сложившейся ситуации. По мнению центральных и местных властей эффективным средством борьбы против роста числа заболеваний было усиление надзора за проституцией.

Положение об организации надзора за городской проституцией в империи было разработано в министерстве внутренних дел и разослано на места. Экземпляр этого документа хранится в государственном архиве Курской области и представляет интерес не только для сотрудников правоохранительных органов, но и для исследователей этого уродливого социального явления. Согласно этому положению надзор за проституцией сосредотачивался в одном учреждении - врачебно-полицейском комитете, находящемся в ведении местной полиции. Исходя из местных условий, допускалось и разделение полицейских и санитарных функций. Однако первенствующее значение в надзоре за городской проституцией, на что особо было обращено внимание в письме губернатору заместителя министра внутренних дел, имела санитарная часть, а полицейские меры признавались необходимыми в целях обеспечения санитарного надзора.

Интересно, что руководство министерства внутренних дел предостерегало местные власти от излишних строгих полицейских мер, которые, по их мнению, приведут к усилению тайной проституции и при недостаточной осторожности могут незаслуженно оскорбить честь женщины и причинить ей непоправимый вред. Документ предписывал не допускать уличные облавы на проституток и обязывал всех членов врачебно-полицейского надзора относиться к проституткам гуманно, т.к. среди них много несчастных, случайно павших.

Анализ рапортов уездных исправников и курского полицмейстера во врачебное отделение курского губернского правления позволяет составить представление о степени развития проституции в Курске и губернии.

Так, на начало 1904 года не было домов терпимости и проституток одиночек во Льгове, Короче, Грайвороне, Новом Осколе, Тиме, Фатеже, Судже, Курском уезде. А вот в Дмитриеве, Щиграх и Путивле в 1903 году домов терпимости не было, но горожан обслуживали соответственно 5, 4 и 3 проститутки-одиночки.

В Старом Осколе имелся один дом терпимости, в котором находилось шесть проституток. Один дом терпимости с шестью проститутками был и в Рыльске. Содержала его Просковья Щуклина. В Белгороде имелось два дома терпимости, в одном работало 9 проституток, а в другом - 5.

В Курске и сл. Ямской имелось 5 публичных домов, в них содержались 27 публичных женщин и имелось 17 проституток-одиночек.

На наш взгляд, эти цифры лишь приблизительно характеризуют состояние проституции, т.к. в расчет брались лишь только те проститутки, которые проходили врачебный контроль, т.е. состояли на учете в органах надзора и находились в домах терпимости.

Не поддавалась учету тайная проституция и проститутки-одиночки, которые вели подвижный образ жизни. Последних, по одной информации, насчитывалось 169 человек, и по мнению специалистов того времени, это число должно быть по меньшей мере удвоено.

Например, в г. Курске на Красной линии существовал трактир «Кинь грусть», который пользовался повышенным спросом нижних чинов Козловского полка и других воинских частей. Здесь собиралась так называемая «босая команда», т.е. простолюдины. Как оказалось магнитом их тянуло туда то, что там существовал тайный притон проституток. Хотя на хозяина трактира составлялись протоколы за впуск в трактир нижних чинов и проституток, «шалман» продолжал успешно действовать и процветать.

Надо сказать, что куряне крайне нетерпимо относились к функционированию домов терпимости. Так, в архивном фонде Курской области хранится письмо главы г. Курска Алехина от 9 июня 1907 года курскому губернатору с просьбой «о немедленном закрытии домов терпимости на Мещанской (ныне ул. Гоголя) улице, не переводя и не открывая их ни в какой другой местности г. Курска».

Это обращение возымело действие. Сохранился рапорт курского полицмейстера от 12 июля 1907 года губернатору, где он сообщал «на предписание от 13 июня за № 7343 довожу Вашему Превосходительству, что все дома терпимости в г. Курске закрыты».

Мотивы, по которым были закрыты дома, позволяют уважительно относиться к нашим предкам, и заслуживают того, чтобы привести их полностью. «...С точки зрения общественного блага дома терпимости не должны более существовать, т.к. развращающее влияние их является бесспорным, тогда как вопрос о том, предотвращают ли они возможность заражения венерическими болезнями, до сего времени наукой точно не установлен. Таким образом, ... дома терпимости, не находя себе оправдание ни в санитарном, ни в гигиеническом соображениях служат лишь источниками нравственного разложения и всяческих безобразий».

Анатолий Стрелков, политолог, кандидат исторических наук

Фото: dnevniki.ykt.ru