Курск 2032

Депутат Курского дворянства побоялся возвращаться в родной город, опасаясь расправы от избирателей

По завершению Земского собора 1648-1649 годов депутат Курского дворянства Гаврила Малышев побоялся возвращаться в родной город, опасаясь расправы со стороны своих избирателей, и обратился за помощью к царю Алексею Михайловичу. И тем самым попал в скрижали истории.

Достаточно сказать, что, вроде бы, частный случай из общественно-политической истории Русского государства первой половины 17 века затем вошел в Курс Русской истории крупнейшего отечественного историка В.Ключевского, упоминается в трудах других видных историков.

Надеюсь, что эта страница истории будет интересна и познавательна для современников.

Напомню, что упомянутый Земский собор созывался для принятия Свода законов взамен устаревшего Судебника Ивана Грозного. С этой целью государь указал, а бояре приговорили выбрать на собор «людей добрых и смышленых, которые могут оправдать доверие государя». Таким образом, по квоте от 5 городов Курской земли на собор было выбрано 7 человек из числа дворян и детей боярских. Так, город Курск представляли Гаврила Малышев и Сергей Калугин. Так как они находились в Москве «для Государева и земского дела», то получали, впрочем, как и другие выборные, по 14 рублей денежного жалования. Очевидно, эта сумма не покрывала их расходов на пребывание в Москве. Ведь собор открылся 1 сентября 1648 года и продолжался 6 месяцев. Пользуясь своим правом подавать царю общие челобитные, выборные от Курской земли подали Алексею Михайловичу челобитную о выдаче им жалования «вследствие их бедности и татарского разорения», т.к. «своим запасов нечего», и «ожидая на Москве Твоего Государева и земского вершенья волочась со всяких нуж, и голодом помираем». Эта челобитная увенчалась успехом, все выборные получили прибавку к жалованию, например, «курчане» получили по 3 рубля к 7 рублям.

Естественно, при избрании депутатам давались напутствия, своеобразные устные наказы, в которых, выражаясь современным языком, поручалось пролоббировать имевшие большое значение местные интересы на самом верху.

В этом плане несомненная историческая заслуга двух выборных от Курска состоит в том, что им удалось добиться царского указа о построении в Знаменском монастыре города большого каменного Соборного храма во имя Знамения Пресвятой Богородицы с двумя придельными престолами и выделении на эти цели «государева жалованья».

Вместе с тем, курские избиратели выборных считали, что этими достижениями ограничиваться нельзя, и они вправе требовать отчета от своего выборного Малышева. Во-первых, почему на соборе не о всех нуждах земских людей по их челобитью указ учинен, и во-вторых, почему «он на Москве розных их прихотей в Уложенье не исполнил». Причем выборщики не просто шумели, а грозились «всякое дурно учинить» над ним. К таким действиям курян подталкивало, по всей видимости, вот какое обстоятельство. В одной из докладных записок царю Малышев, заботясь о благочестии всех россиян, «охаял своих земляков курчан в неблагопристойном провождении воскресных и праздничных дней», «курчан весь город всяким дурным огласил».

Понимая, что возвращаться домой при таких настроениях местной знати смерти подобно, поднаторевший в чиновничьей кухне Малышев решил обратиться к царю с очередной челобитной. Здесь необходимо отметить, что несколько ранее выборные Курска обращались к царю с просьбой прислать из Москвы Крест господень со святыми мощами для богомоления по случаю распространения в Курске и его уезде болезней. 20 февраля 1649 года эта просьба была удовлетворена. Крест посылался в Курск вместе с выборным Земского собора Гаврилой Малышевым.

Но Малышев не торопился выполнять это поручение царя, а ждал ответа на свое письмо, в котором он между прочим напоминает царю, что выборные «отпущены в город и велено выборных людей оберегати» и просит охраны для его возвращения в Курск. Как справедливо замечает В.Ключевский, «Малышев… выпросил себе царскую «береженую» охранную грамоту, чтобы защитить его – от кого бы вы думали? – от его собственных избирателей». Причем грамота обеляет депутата перед избирателями по двум пунктам их претензий.

К тому же для снятия напряженности между депутатом и избирателями царь велел послать грамоты о достодолжном провождении праздников «с великим запрещением», но Уложения не пополнил.

Так с помощью царя Малышев смог не только спокойно вернуться в Курск, но и дома чувствовать себя уверенно. Ведь резолюция на челобитной выборного имела такой пункт: «Если куряне «учнут» на Малышева наступать «скопом» и «заговором», Курский воевода должен таких «озорников унимать с наказанием».

В заключение сошлюсь на В.Ключевского, который считал, что каждый из нас должен быть немного историком, чтобы стать сознательно и добросовестно действующим гражданином.

Анатолий Стрелков, политолог, кандидат исторических наук

Фото: Вербное воскресенье в Москве при царе Алексее Михайловиче. Шествие патриарха на осляти. Вячеслав Шварц, 1865 г.