Из кассы курской полиции в течение года исчезали бюджетные деньги

Ответственность за сложную мошенническую схему хотят возложить на одну-единственную женщину. Вопреки доказательствам и здравому смыслу.

 

Для подсудимой - пенсионера МВД, подполковника внутренней службы в отставке Оксаны Гуторовой – это грустная дата. 19 июня 2013 года в отношении Гуторовой, работавшей в «расследуемом» 2012 году начальником отделения кадров отдела по работе с личным составом УМВД России по г. Курску, старший следователь отдела по расследованию особо важных дел регионального СК  Сергей Ештокин возбудил первое уголовное дело по статье о мошенническом хищении денег из ведомственной кассы. Затем, сменяя друг друга, работали еще три следователя, в более высоких званиях, работал один состав суда, теперь работает второй…

 

Но по порядку.

 

Как пишет "Российская газета", быль похожа на злую сказку. В структурах УМВД России по г. Курску в 2012 году завелись и суперактивно себя проявили «барабашки». Ровно финансовый год (с 10 января – первого дня после новогодних каникул – до 25 декабря, когда пора подводить итоги) они изготавливали поддельные отпускные талоны-удостоверения, мотивированные рапорты, являющиеся основанием для начисления и выплаты сотрудникам полиции материальной помощи и, оставаясь – до сих пор! –«неустановленными следствием лицами», передавали их в бухгалтерию горУМВД.

При этом использовались имена сотрудников, которые служили во всех без исключения полицейских подразделениях города – восьми теротделах, батальоне ППС, спецприемнике, ГИБДД. Как будто в насмешку над профессией, материальную помощь, о которой ее адресаты не просили и не подозревали, в горУМВД выписывали в том числе на оперуполномоченных уголовного розыска и даже на следователей полиции. Похоже, страх мошенникам был неведом!

 

Тот год закончился – как отрубило: больше ни одного случая, «барабашки» затихарились. Но уж в 12-м году они порезвились всласть: следствием зафиксировано 55 случаев изготовления липовых первичных документов и последующих выплат на их основе. Наличными, из ведомственной кассы.

 

Дальше действовали вполне реальные персонажи. Бухгалтеры расчетной группы, получив от «неустановленных следствием лиц» талоны-фальшивки, глазом не моргнув производили начисления – по окладу к отпуску, а по мотивированному рапорту (по жизненным обстоятельствам) – сколько начальник управления и главбух решат, исходя из наличия денег. А деньги в наличии были всегда.

Это средства федерального бюджета, которые поступают для содержания полиции в Курске в полном объеме, из расчета на полную численность штата.

Некомплект постоянен – значит, и гарантированная экономия, которую руководителю разрешено использовать в конце года на премирование сотрудников и матпомощь. По фальшивкам-исходникам расчетная группа формировала платежные ведомости и расходные кассовые ордера. Руководитель и главбух их подписывали, главбух передавала в кассу. А кассиры, «окончательно введенные в заблуждение» (цитата из обвинения), выдавали деньги не тем, кому они начислены, а постороннему человеку, даже не имеющему доверенности…

 

Итак, за 2012 год из 55 случаев неправедных выплат 35 произведено на основе фальшивых отпускных талонов-удостоверений, а 20 –на основе фальшивых же мотивированных рапортов.

 

И за год ни единого сбоя у «барабашек»! В центральном офисе полицейского горуправления к ним явно благоволили. Бухгалтерия как ослепла - «не замечала» даже того, что многие из «осчастливленных» полицейских ту же самую матпомощь к отпуску уже получили в законном порядке. Либо переведены на новое место службы и убыли туда раньше, чем «неустановленные лица» инициировали им матпомощь (12 случаев оформления и выплат). Либо уволились (4 человека). Либо находились в декрете, в отпуске по уходу за ребенком и ни в какой другой отпуск из роддома или от детской коляски, естественно, не уходили (8 случаев). В нескольких случаях бухгалтерии оказывался нужен дубликат отпускного талона («из-за ошибки»), а начисления потом делались дважды – через банк и в кассу…

 

Еще чудо чудное. 48 из 54 сотрудников курской полиции, чьи имена были использованы «неустановленными лицами» для изготовления фальшивых отпускных талонов и мотивированных рапортов, в 2012 году все законные выплаты получали через банк, на индивидуальные банковские карты. Но выплаты незаконные бухгалтерия «почему-то» непременно оформляла платежными ведомостями и расходниками, для получения наличными в кассе…

 

Еще интереснее, что исчезновение федеральных денег, регулярно происходившее на протяжении полного 12-го года, скрыто от федералов и скрывается до сих пор. В актах курской ведомственной ревизии используется определение «необоснованное начисление и необоснованная выплата». Если по разуму, то необоснованные начисления и выплата имеют место, когда реальному человеку что-то по ошибке переплачено, а потом возвращено. А те 54 сотрудника полиции, кому матпомощь начислялась (на одного пришлось два случая), ее не получали, ведомости и расходники в глаза не видели, не расписывались, а узнали только в отделе СБ и на следствии.

 

Для того, чтобы выполнить такую прорву мошеннической работы, требуется целый штат «барабашек». Однако следствие все возложило на Оксану Гуторову – всю до копейки сумму похищенного, всю «оргработу» по изготовлению фальшивок и прохождению их через бухгалтерию, получение начальственных виз и т.д.

 

Толчком к началу ее уголовного преследования послужил рапорт начальника оперативно-розыскной части (собственная безопасность) областного УМВД полковника полиции Виктора Казакова на имя начальника управления, тут же перенаправленный в региональный следственный комитет. Из рапорта следовало, что Гуторова и бухгалтер расчетной группы горУМВД Майя Константинова, «вступив в преступный сговор, с целью незаконного обогащения, систематически совершают хищение бюджетных денежных средств». Приводились две фамилии сотрудников полиции (с оговоркой «в частности»), на которых названные злоумышленники – кадровик и бухгалтер – «оформили фиктивное платежное поручение № 126 для получения материальной помощи на общую сумму 43 935 рублей, денежные средства в дальнейшем присвоили, тем самым причинив УМВД России по г. Курску материальный ущерб».

 

В июле появился еще один такой же рапорт Казакова, в сентябре – сразу 35, породившие новые уголовные дела. В итоге они были соединены в одно производство.

Тяжесть вины Гуторовой на предварительном следствии выросла до части 4 статьи 159 УК РФ, ей вменены 55 случаев мошеннического получения денег из кассы в особо крупном размере – в сумме 1 168 020 рублей. Эти цифра и «случаи» фигурируют в уголовном деле до сих пор.

 

Отметим, что бухгалтера Константинову следствие оставило в стороне, как бы надолго забыв о ней, а «дело» было заведено только на Гуторову. И это тоже до сих пор.

 

Начало уголовному преследованию Гуторовой есть, конца пока не видно. В 2013 году, когда сгустились тучи над головой и стало ясно, что нормальной службы больше не будет, Оксана Алексеевна подала рапорт об увольнении по выслуге – как раз исполнилось 20 лет ее службы в горУМВД. Уволиться удалось только через суд. В материалах служебной проверки (август – октябрь 2013 года) отмечено, что «за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, контракт, заключенный с Гуторовой О.А. о службе в ОВД, подлежит расторжению». Однако уволить пришлось во исполнение решения Ленинского райсуда по выслуге лет, дающей право на получение пенсии. Уволили приказом от 10 октября – согласно поданному рапорту, с 25 июля, со всеми положенными выплатами и компенсациями. В том числе – «премии за добросовестное выполнение служебных обязанностей за 2013 год».

 

Премия премией, а расследование уголовного дела продолжилось… К настоящему времени, как уже сказано, к 20 годам стажа службы в милиции-полиции добавился 4-летний «стаж» нахождения под следствием и судом. Срок достаточный для получения высшего образования. После многомесячного следствия и первого суда, продолжавшегося 10 месяцев, Оксана Гуторова вполне могла бы получить степень как минимум «бакалавра уголовно-процессуальных наук», если бы такая степень существовала. Потом снова работало следствие по возвращенному судом «делу», а с 13 декабря 2016 года идут судебные заседания в ином составе суда – то есть все сначала, новый процесс! И приобретаемого здесь опыта, «для прочности знаний» с повторением, Оксане Алексеевне хватит и на «магистра».

 

В первом процессе судья Ленинского суда Роза Осипова, допросив около 120 свидетелей и изучив представленные гособвинением материалы, 4 марта 2016 года вынесла постановление о возвращении уголовного дела прокурору ЦАО г. Курска «для устранения препятствий его рассмотрения судом и пересоставления обвинительного заключения». Обвинительное заключение, подписанное следователем по ОВД регионального СУ СКР подполковником юстиции Натальей Зарубиной и утвержденное заместителем прокурора ЦАО г. Курска Татьяной Васильцовой, оказалось «сырым» до юридического неприличия.

 

Вот лишь некоторые мотивы, приведенные судьей на 5 страницах текста постановления о возвращении «дела». В предъявленном Гуторовой обвинении отсутствует описание в полном объеме объективной стороны совершения преступления по всем фактам… Фабула обвинения является немотивированной и неконкретизированной… Степень участия подсудимой в изготовлении поддельных отпускных талонов-удостоверений, совершении других действий, степень ее вины не определены, плюс многие другие перечисляемые в постановлении неясности – «обвинение не сформулировано в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, что нарушает право подсудимой на защиту и может ухудшить ее положение».

 

Получается, следствие через прокурора передало в суд десятки томов уголовного дела и итоговый процессуальный документ, из которых вина подсудимой не видна. И суд объяснил, почему не выносит никакого приговора: «Указанные нарушения закона являются существенными, лишают суд возможности на основе данного обвинительного заключения вынести приговор или принять иное законное решение по данному уголовному делу».

Иными словами, ни обвинить, ни оправдать! Вот это работа следствия и прокуратуры…

 

Теперь Ленинский суд в процессе под председательством Елены Колесниченко вот уже полгода рассматривает «модернизированное» обвинение Оксаны Гуторовой (обвинительное заключение подписал следователь Иван Зацепин, а утвердила вновь зампрокурора ЦАО Татьяна Васильцова). Суд занят неизбежной, сложной рутинной работой – гособвинение представляет доказательства, идут допросы тех же многочисленных свидетелей либо оглашаются их показания, запрашиваются дополнительные материалы. Выполнило ли следствие то, на что ему указывал суд по результатам первого рассмотрения?

 Владимир Иванников, адвокат Оксаны Гуторовой: "Не выполнило полностью, ни одного повода для претензий не устранило. Вот единственное: поскольку суд обратил внимание на роль третьих лиц, которые готовили поддельные документы, привязал эту роль к обвинению Гуторовой и указал на это следствию, то оно, следствие, ничего лучшего не придумало, как вынести постановление о прекращении уголовного преследования в отношении «неустановленных лиц» по 27-й статье УПК РФ, хотя данная статья предусматривает прекращение уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого, то есть конкретного лица. Теперь получилось, что следствие описывает состав преступления, совершенного этими лицами, но тут же пишет, что они невиновны и не имели корысти…"

 

Следствие вообще отсекло от Гуторовой всех, кто хоть как-то причастен к начислениям и изъятию денег по поддельным документам. Началось перед первым судом, завершено перед вторым.

 

Вот красноречивая цитата из уже упоминавшегося постановления судьи Розы Осиповой о возвращении уголовного дела прокурору:

 

«В материалах уголовного дела, исследованных в суде, постановлениями следователя от 29.12.2014 г. в отношении бухгалтеров расчетной группы Булгаковой С.Л., Константиновой М.П., Рыжковой Е.П., Лазаревой Т.Г., Дурициной Н.Н. (Ахрамеевой), а также инспектора ОРЛС УМВД России по г. Курску Анпилогова О.Ф., материалы были выделены в отдельное производство с указанием на то, что в их действиях могут усматриваться признаки преступлений, предусмотренных ст. ст. 285, 286, 292, 159 УК РФ, однако проверка, по сути, в отношении указанных лиц не была проведена, поскольку постановлениями следователя уже от 31.12.2014 г., т. е. практически через день после выделения материалов в отношении указанных лиц было отказано в возбуждении уголовного дела по указанным статьям за отсутствием в их действиях составов преступлений на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ».

 

В цитате перечислены фамилии причастных к оформлению выплат и выплатам бухгалтеров и кассиров. А подполковник Олег Анпилогов, исполняя обязанности кадровика в ОП-7 и не будучи в прямом служебном подчинении у Гуторовой, «по ее просьбе» лично изготовил 6 поддельных талонов-удостоверений и даже подделал подпись начальника отдела «с подражанием». Сам давал об этом показания. А наказан хотя бы по службе? Анпилогову и главбуху Ирине Пыжовой на комиссии по служебной дисциплине и профессиональной этике было объявлено «общественное порицание». Еще кого-нибудь наказали хоть как? Тех же бухгалтеров расчетной группы за проводку до кассы фальшивок? Кассиров, выдававших за других сотрудников деньги постороннему человеку без доверенности и, отводя от себя беду, утверждающих, что все получала Гуторова? Никого и никак. И следствие во всем этом не увидело криминала.

 

4 июля 2016 года старший следователь по расследованию ОВД капитан юстиции Иван Зацепин прекратил уголовное преследование в отношении неустановленных лиц, действовавших, по его мнению, бескорыстно и невиновно. 8 июля датированы еще несколько постановлений следователя о прекращении уголовного преследования в отношении нескольких сотрудников горУМВД…

 

Что в остатке? В «модернизированном» уголовном деле просматривается теперь одно комплексное, явно коллективное преступление по подготовке и хищению денег из полицейской кассы, но единственная подсудимая – Оксана Гуторова.

Оксана Гуторова – пенсионер МВД, подсудимая: "То, что предварительное следствие и гособвинение вменяют мне в вину, я не признаю и категорически отрицаю в полном объеме. Сегодня по запросу суда появился еще один акт ревизии, от 21 марта 2013 года, - «хищений нет, недостач нет». А за что меня судят? Четыре года под подпиской о невыезде. Четыре года тяжкого морального гнета. Четыре года судебных издержек – врагу не пожелаешь такого. До сих пор не могу понять, за что! В 30 томах уголовного дела нет ни одного доказательства моей вины. В актах ревизий, других документах даже фамилия моя как человека, совершавшего хищения, не упоминается – только в рапортах начальника ОРЧ (служба собственной безопасности) Казакова и только в обвинительном заключении. Но я никаких документов для бухгалтерии не подделывала, ничего никому не начисляла, никаких денег в кассе за 54 сотрудников полиции не получала, ничего противоправного не делала. Проводились почерковедческие экспертизы, и нет ни одного утверждения эксперта, что именно я расписывалась в кассе за этих сотрудников. Мне приписали 9 случаев обманного получения матпомощи за сотрудников в период, когда с 5 июля по 13 августа 2012 года я находилась в отпуске. На это я говорила следователю Зарубиной – возьмите на первом посту видеозаписи с камер, и вы убедитесь, что меня там не было. В пустоту говорила…"

Виктор Чемодуров