#засекундудопобеды В полях за Вислой сонной…

Среди домов, которых в скором времени лишится Курск, есть один на улице Белинского. Старый покосившийся, в арку которого еще в годы Великой Отечественной попал снаряд. Частично разрушенная она и спустя семьдесят с лишним лет напоминает старожилам о событиях тех лет. Здесь нет и никогда не было мемориальных табличек с именами ушедших на фронт героев. Да что там таблички, о судьбе родных, воевавших против фашизма, некоторые из тех, кто когда-то жил здесь, на тогда еще Пастуховской, узнал спустя десятилетия после Победы. Только благодаря сайтам «Мемориал» и «Подвиг народа» удалось узнать о судьбе молодого лейтенанта Льва Николаевича Тельных. Красноармейца, заочно похороненного родными задолго до того, как он погиб.

 belinskogo 370a1

… До войны это была обычная семья: родители, двое сыновей, стареющая сестра отца – старая дева, помогавшая вести хозяйство и смотреть за детьми. В 1941-м году старший сын, Лева, был отправлен в Москву к дяде генерал-майору Сергею Ширяеву, поступил в военное пехотное училище, где под присмотром родственника должен был постигать азы службы. Спустя несколько недель началась война, Лева записался добровольцем.

Семья Левы, переживая за любимого старшего сына, уговорила генерала Ширяева, чтобы тот оставил мальчика при штабе. Дядя дал слово, и приходившие домой благодарности за воспитание красноармейца Тельных в семье не воспринимали всерьез. Мол, догадываемся, как так он службу несет. Затем - оккупация, и отец Левы сжег все эти «бумажки», опасаясь что семью, воспитавшую такого героя, покарают фрицы. Уберечь пытался в первую очередь младшего сына, только-только начавшего ходить в школу. Уже после того, как Курск освободили, тетка Левы захотела встретиться с любимым старшим племянником. Отписали в Москву к генералу Ширяеву с просьбой организовать Леве командировку.

 

Короткий визит, встреча с родными, а затем Лев Николаевич вновь отправился в свой штаб на службу. Не доехал. Спустя несколько дней пришла похоронка. В ней скупыми словами говорилось, что грузовик, на котором возвращался из увольнения красноармеец Тельных, подорвался на фугасе. Мать Левы до конца дней вспоминала сестре мужа, что именно ее желание видеть племянника убило ее старшего сына. Так и не простила.

После войны подросший брат Левы поступил в военное училище. Имя его брата дома почти не вспоминали. Лишь в канун Дня Победы старики бывало горестно кивали головами, переживая за бесславную кончину и то, что, по сути, вклад Левы в Победу был не такой уж большой. Да, мог стать героем, но сами же не пустили на фронт. Кто ж знал, что пытаясь спасти ему жизнь, сами к смерти вели. Вон, даже в тылу нашла его гибель. Ак и не успел ни женится, ни детей родить…

Уже в начале 2000-х внучка Льва Николаевича, дочь его племянницы, узнала другую историю смерти героя. Ту, о которой в семье и не догадывались. Архивные документы, выложенные в Интернет, говорили о том, что лейтенант Тельных погиб не в начале 1943-го, как были уверены его родные, а гораздо позже - в январе 1945 года, не дослужив до Победы всего несколько месяцев. 20-летний офицер был награжден сразу двумя орденами: Красной Звезды и Отечественной войны II степени. В штабе Лев Николаевич если и сидел, то совсем недолго. Все время на передовой, на самых ответственных участках фронта. «Звезду героя», о которой дома и не догадывались,  он получил в 1944-м, за то, что при прорыве обороны противника у деревни Будино на реке Проня со своим взводом обеспечивал наступление. Со вверенными ему солдатами разминировал коридор в минных полях противника для прохода пехоты. Следуя в боевых порядках, под непрекращающимся огнем врага продолжал устранение препятствий.

 

А далее еще одна запись в архивном документе: 14 января 1945 года «лейтенант Тельных в боях при прорыве немецкой обороны на плацдарме реки Нарев (приток Вислы - прим.авт.) проявил мужество, отвагу и бесстрашие в борьбе с немецкими захватчиками. При выполнении боевой задачи по инженерной разведке на подступах к территории Восточной Пруссии был смертельно ранен и погиб как верный сын Родины на своем посту», - значится на пожелтевшем от времени листке. На тот момент курянин был командиром саперного взвода 878-го стрелкового Остроленковского Краснознаменного полка 390-й стрелковой Могилевской Краснознаменной орденов Суворова и Кутузова дивизии. До этого Лев Николаевич шел, как заговоренный - ни одного ранения… Похоронен он, как оказалось, под Варшавой, а не в потерянной могиле в Подмосковье, как считали прежде родные красноармейца...

 

 Может, и вернулся бы в 1945-ом лейтенант Тельных домой. Может, еще подивились бы его воскрешению родные. А уж как много узнали бы они из рассказов не штабного офицера. И еще могли появиться на свет мальчишки и девчонки, похожие на молодого орденоносца. Но, увы.