В курской полиции воровали так, что нет ни хищений, ни недостач

 "Секунда" продолжает журналистское расследование обстоятельств уголовного дела, «прославившего» УМВД г. Курска, следствие СКР и прокуратуру.

4555 68d22

Читайте по теме: Из кассы курской полиции в течение года исчезали бюджетные деньги

Расследование хищения средств федерального бюджета в УМВД России по г. Курску начинается в четвертый раз

Ранее мы рассказывали,  как в течение всего 2012 года в полицейском управлении Курска под видом начисления и выплат материальной помощи сотрудникам совершалось заурядное казнокрадство.

Предварительное следствие по этому уголовному делу, возбужденному 19 июня 2013 года, ведет второй отдел по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) СУ СК России по Курской области, а надзор за расследованием – прокуратура Центрального административного округа Курска.

Много воды утекло за это время, а результат – ноль.  Примерно о такой работе когда-то писала в знаменитом юмористическом разделе «Кабачок 12 стульев» «Литературная газета»: «В эту среду много лет назад Каин убил Авеля. Следствие ведут ЗНАТОКИ…».

Курское СУ СКР почти 6 лет придерживалось версии, что сумма похищенных бюджетных средств составила 1 168 020 рублей, а мошенническое хищение будто бы совершила работавшая в то время начальником отделения кадров отдела по работе с личным составом УМВД города подполковник внутренней службы Оксана Гуторова. Утверждается, правда, что сделала она это в группе с другими сотрудниками УМВД, «неустановленными», но ни одного другого лица, кроме Оксаны Алексеевны, следствие за годы усердной работы, как оно говорит суду, не установило, к уголовной ответственности не привлекло и на скамью подсудимых рядышком с ней не посадило.

Сама Гуторова категорически отвергает предъявлявшееся ей обвинение. И не только она. Основную версию следствия, представленную в трех вариантах обвинительного заключения, забраковал Ленинский районный суд Курска. А три судейских состава Ленинского суда, начиная с 2016 года, уже три раза вернули прокурору ЦАО уголовное дело по обвинению Гуторовой как непригодное для рассмотрения по существу из-за допущенных следствием серьезных и непреодолимых в суде нарушений процессуального законодательства.

С чем следствие отправит прокурора в суд в четвертый раз, пойдут ли они туда вообще, а если пойдут, то кого теперь поведут на скамью подсудимых, гадать не буду. Предполагаю, что сейчас «важняки» усиленно «чешут репу» в размышлениях, как же им быть.

Понятно, что после третьего-то возврата уголовного дела может зачесаться не только «репа», но и что помягче. Идти с тем же самым, с чем ходили, это значит себя и суд совершенно не уважать. Да и бессмысленно: тут же получат от судебных ворот поворот.

 Но в эту паузу самое время поразмышлять о некоторых несуразностях этого редкостного по количеству несуразностей уголовного дела.

 Например, очень-очень любопытно, что во всех судебных разбирательствах этого «дела» в Ленинском районном и в областном суде управление МВД России по г. Курску участвует в двух статусах: как потерпевшая сторона и как гражданский истец. И оба статуса по меньшей мере вызывают недоумение. Представители УМВД приходят в суд и клятвенно объявляют, что у них в 2012 году никакие деньги не пропали, никаких хищений и недостач не было и нет. Так, извините, а почему же тогда управление признано «потерпевшим»?! И почему именно оно является гражданским истцом, если у него ничего не похищено? Да, уважаемые читатели, мы с вами уже видим, что все-таки похищено, но совсем не у городского УМВД!..

 Здесь, пожалуй, не обойтись скороговоркой…

 Как водится, оба эти статуса присвоило городскому управлению полиции предварительное следствие. Сначала оно признало УМВД потерпевшим от «мошеннических действий», совершенных в 2012 году якобы Оксаной Гуторовой.

 Потерпевший, ясное дело, был непременно нужен следователю, потому что нет потерпевшего – нет и состава такого преступления, как мошенничество.

А вот во втором случае (по гражданскому иску) инициатива исходила уже от полиции. Еще 14 ноября 2014 года, задолго до первого суда, представитель потерпевшего по доверенности юрист Наталья Сошина подала следователю Наталье Зарубиной заявление (оно находится в «деле»):

 «Прошу Вас признать УМВД России по г. Курску, в моем лице, в качестве гражданского истца по настоящему уголовному делу, так как в результате преступных действий Гуторовой О.А. УМВД России по г. Курску причинен материальный ущерб на общую сумму 1 168 020 рублей».

1cc77a33d4fe99d5f0e9a468b4a98a66 bf6eb

 Суд даже в 2019 году (в апелляционной инстанции «дело» рассмотрено только 8 февраля нынешнего года) ничего не сказал о том, совершала Оксана Алексеевна «преступные действия» или не совершала. А вчерашняя ее коллега, представляющаяся юристом, сама без суда разобралась с 49-й статьей Конституции (с презумпцией невиновности), сразу заявила и еще не проверенную, точную до рубля сумму ущерба, и что ущерб «преступными действиями» причинила именно Гуторова. Ладно, за это не Ленинский суд, а господь ей судья.

 Но юрист Сошина в том же заявлении – вчитайтесь – утверждает, что ущерб нанесен УМВД России по г. Курску. Следствие почему-то приняло это как истину (да и суд еще, странное дело, не возразил!) и согласилось с тем, что гражданским истцом будет УМВД города. Но с какой, извините, стати? В материалах уголовного ясно с самого начала было определено, чьи деньги похищены…   

Последний (на данный момент) следователь СУ СКР Артем Чуйков, кажется, был первым работником по этому «делу», который сам почувствовал неладное и в своем обвинительном заключении (для краткости назовем его «ОЗ № 3») предпочел слукавить и хотя бы переименовать собственника украденных денег. В описании каждого эпизода преступления он стал выражаться так: «В результате совершения преступных действий Гуторова О..А. и неустановленные лица – сотрудники УМВД России по городу Курску  похитили денежные средства в размере … (указывается очередная сумма из 55 аналогичных – В.М.), принадлежащие УМВД России по г. Курску, которыми впоследствии распорядились по своему усмотрению».

 И это переименование, уточню также, совершено в процессуальном итоговом акте следствия, который 9 октября 2018 года был утвержден (а сначала же, наверное, и проверен на правовую грамотность?) исполняющим обязанности прокурора ЦАО г. Курска старшим советником юстиции Александром Гуриным.

 А фокус в том, что деньги, на которые содержится курская полиция и которые в 2012 году были украдены курской же полицией, курскому управлению не принадлежали. (Улыбнемся: стали принадлежать только тогда, когда их украли, но не раньше!).

Курскому управлению было доверено только распоряжаться средствами, которые выделялись ему Москвой – Минфином РФ, надо полагать, через систему федерального казначейства. Поэтому в двух предыдущих обвинительных заключениях (да и в материалах 37 томов уголовного дела, которое следователь Чуйков отправлял через прокурора в суд!) принадлежность похищенных денег иная. Вопрос их принадлежности был выяснен следствием сразу, даже за день до возбуждения уголовного дела в отношении Гуторовой. По запросу СУ СКР начальник центра финансового обеспечения УМВД России по Курской области полковник внутренней службы Н.А.Киселев представил справку от 18 июня 2013 года:

 «В период с 1 января 2012 года по 31 декабря 2012 года финансирование УМВД России по г. Курску, в т.ч. денежное довольствие сотрудников, заработная плата гражданского персонала и социальные выплаты, осуществлялось за счет средств федерального бюджета».

 Вот! Собственник похищенных денег – не УМВД России по г. Курску, а федеральный бюджет.

Значит, полномочными представителями собственника являются Минфин РФ и, соответственно, федеральное казначейство. А УМВД Курска – всего лишь структура, которой от имени собственника выделена определенная строго подотчетная сумма и доверено распоряжаться этой суммой исключительно для выполнения задач, возложенных государством на эту структуру. И уж точно не для того, чтобы создавать воровские ОПС в штате самой полиции и тырить у государства.

 Так несколько лет подряд и писали следователи, соприкасавшиеся с этим уголовным делом: «… Гуторова О.А., действуя из корыстных побуждений, используя свое служебное положение, путем обмана и злоупотребления доверием, завладела денежными средствами из федерального бюджета…». На фоне таких ясных утверждений о собственнике денег участие в суде юристки УМВД города Натальи Сошиной без какой-то иной доверенности, кроме как от своего управления полиции, выглядело, мягко говоря, неоправданным и даже странным.

 И, конечно, возникают вопросы. Почему ни на предварительном следствии, ни в суде никак не представлен настоящий собственник украденных курской полицией денег – ни напрямую не представлен, ни через курского представителя по столичной доверенности?..

Ведь если полпредами федерального бюджета являются Минфин РФ и федеральное казначейство, то почему не присвоен им статус ни потерпевшего, ни гражданского истца?

minfin 614b6

 

Почему они не поставлены в известность о том, что в курской полиции госбюджет обокрали? Почему предварительное следствие не выяснило даже, желает ли настоящий собственник быть гражданским истцом по этому «делу» или предпочитает рукой махнуть на кражу «какого-то миллиона с хвостиком» и не связываться со следствием и судом? Информация об этом ни разу не звучала в суде!

 Крути не крути, а пока получается так, что гражданским истцом выступает, в сущности, виновная организация. Ее позиция как, предположу, ненадлежащего гражданского истца фактически выглядит так:

«Наши сотрудники, уважаемый суд, изготовили более полусотни фальшивых первичных документов для дальнейших финансовых операций. Наши бухгалтера оформили по этим фальшивкам фиктивные платежные ведомости, а наши главбух и руководитель утвердили их. Деньги они направили не на лицевые банковские счета сотрудников, на чьи имена фиктивно оформлялась матпомощь, а платежными ведомостями в кассу, откуда можно уворовать наличные. А наши кассиры, «окончательно введенные в заблуждение», раздали почти миллион двести тысяч кому-то, кто не имел доверенностей на получение этих денег и кто на глазах у них, кассиров, расписывался в ведомостях «с подражанием», то есть в открытую подделывал подписи. В общем, уважаемый суд, мы та потерпевшая организация, которая сама и профукала выделенные федеральным центром деньги. Пусть их теперь заплатит нам, как гражданскому истцу, Оксана Алексеевна Гуторова!»

 Правда, интересная позиция?.. Но вернемся к другому вопросу, который тоже сразу возник в начале этих заметок: а как это, извините, представители полицейского управления одновременно утверждают, что Гуторова причинила мошенническим хищением материальный ущерб УМВД и тут же – что хищений и недостач в УМВД не было? Что это за потерпевший такой необычный? Может, вообще никакого преступления не было?..

 Да было, было, чего уж там! Факт похищения у государства более миллиона рублей в течение 2012 года в курском УМВД состоялся. Документы, которыми наполнены 37 томов уголовного дела, не оставляют в этом сомнений. Ведь не шуток же ради подполковник полиции Олег Анпилогов и «неустановленные сотрудники УМВД» подделывали талоны отпускных удостоверений и мотивированные рапорта о «трудностях семейно-материального положения». Да и вся бухгалтерия замучилась оформлять на кассу фиктивные выплаты матпомощи, а кассирам слюны не хватало плевать на пальцы и отсчитывать бюджетные деньги кому ни попадя без доверенности, десятками тысяч за один раз.

 И, знаете, все это делалось так бесшабашно-безбашенно и с такой уверенностью в том, что ничего никому не будет, – диву даешься! Две «главбушки» 2012 года, как их трижды подсудимая Оксана называет, рассказывают в суде, каким должен быть и каким был порядок прохождения платежных ведомостей. После бухгалтера расчетной группы проверяет ведомость и расписывается она, главный бухгалтер, а потом она же несет на утверждение одному из трех руководителей с правом расписываться на финансовых документах (начальнику УМВД, заместителю, начальнику тыла – кто в данный момент на месте). И она же, главбух, лично передает утвержденные ведомости от руководителя в кассу, хотя в некоторых случаях, дескать, могла и сама кассир прийти и забрать эти ведомости в работу.

 Все кажется простым и понятным, но… Я уже рассказывал о допросе в судебном процессе 28 июня 2017 года свидетеля Виктора Могилева, еще продолжавшего службу в должности начальника тыла. Но рассказал не все. Защитник Гуторовой Владимир Иванников с разрешения суда представил полковнику Могилеву на обозрение одну за другой 23 платежных ведомости, по которым были уворованы разные суммы матпомощи, и каждый раз спрашивал: «Скажите, пожалуйста, Виктор Викторович, это ваша подпись в графе «Руководитель»?

Свидетель Могилев внимательно всмотрелся и в пяти из 23 ведомостей подпись вообще не опознал: «Сто процентов это подпись не моя, не Стрекалова (начальника УМВД) и не Зайцева (заместителя начальника). Кто расписывался за нас, я не знаю». И еще в двух ведомостях подлинность подписи руководителя вызвала у Могилева сомнения.

 Невероятно, но факт: подпись руководителя полицейского управления в платежных ведомостях не единожды подделывалась на самом коротком и, казалось бы, самом ясном отрезке маршрута: от главбуха – до руководителя, от руководителя, через главбуха, – до кассы!

 Может, полковник Николай Зайцев, работавший в 2012 году заместителем начальника УМВД (а позже и начальником), тоже рассказал бы суду что-нибудь интересное. На втором процессе по «делу Гуторовой» гособвинение предполагало допросить его как свидетеля, но не успело.

037812.1 8da37

Зайцев вскоре в должности заместителя курского мэра Николая Овчарова был арестован по подозрению в том, что, будучи полицейским чином, участвовал в ОПГ «Волобуя», и теперь он вот-вот предстанет перед областным судом вместе с сыном и с представителями курского криминалитета. «Секунда» сообщала, что прокурор уже утвердил и передал в суд обвинительное заключение.

 Участники судебного разбирательства по Гуторовой долго ломали голову, кто расписывался за бухгалтеров расчетной группы как за составителей в двух десятках платежных ведомостей: сами они говорили на допросах, что это не их подписи. Компьютер автоматически обозначал, кто составитель, но, возможно, бухгалтеры чувствовали или даже знали, что делают, и смущались расписываться. Но кто же подписался за них? Пришла в 2017 году в суд свидетелем бухгалтер Наталья Тутова и внесла ясность:

«Моей обязанностью было проверять платежные ведомости, наличие подписей. Подписей не было, а ревизор сказал, что должны быть обязательно. Поэтому я поставила закорючки»…

Вскоре Наталья, ставившая на финансовых документах «закорючки», сама загремела под суд по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество с использованием служебного положения в особо крупном размере) и 31 октября 2018 года по приговору Ленинского районного суда получила, кроме взыскания ущерба в бюджеты разного уровня, 2 года лишения свободы в колонии общего режима. Правда, в феврале 2019 года областной суд счел возможным заменить реальное лишение свободы на условное, о чем курская пресса, видимо, не узнала и не сообщала. Тутова, наверное, в какой-то момент решила, что в УМВД Курска она не хуже других, формировала подложные заявки на возврат излишне взысканных платежей в бюджет, подписывала их электронными цифровыми подписями руководства и направляла в управление федерального казначейства региона. При этом, как уже сообщала «Секунда», в реквизитах получателя указывала номер своего расчетного счета и смогла осуществить 70 перечислений на общую сумму более миллиона рублей.

В «деле Гуторовой» на иных свидетелей не успеешь посмотреть, как их уже самих ведут на скамью подсудимых или увольняют со службы в органах внутренних дел (как, например. вскоре уволили Виктора Могилева в связи с утратой доверия).

 Но вернемся к вопросу о том, как в управлении МВД России по г. Курску удавалось воровать без хищений и недостач.

  По запросу судьи Елены Колесниченко УМВД города представило в суд три акта ревизии, проведенной в полицейском управлении города ревизорами КРО УМВД области, - от 21 марта 2012-го, от 21 марта 2013-го и от 16 сентября 2013 года.

 Две первые документальные ревизии финансово-хозяйственной деятельности УМВД России по г. Курску были плановыми. Первая состоялась как раз в дни после ухода одного главбуха перед и приходом другого, ею из интересующего нас 2012 года был проверен только январь. Вторая ревизия полностью этот год охватила. Но обе по результатам похожи одна на другую как две капли воды.

 В обоих актах умиляют две повторяющиеся формулировки.

 Первая: «Возврата неиспользованных средств в бюджеты различных уровней в проверяемом периоде не обнаружено». Похоже на похвалу за то, что потратили все до копейки и ничего Москве не вернули – «А то на следующий год не дадут!», как говорил полковник Могилев.

 Вторая (тоже повторяющаяся): «Внезапной проверкой наличия денежных средств, бланков строгой отчетности и денежных документов в кассе УМВД России по г. Курску, проведенной по состоянию на 14 февраля 2013 года, излишков или недостач не установлено».

 Не установлено так не установлено… Первую ревизию проводила бригада ревизоров КРО УМВД России по Курской области под руководством начальника отделения КРО подполковника внутренней службы С.Н. Черникова. И мне показалось особенно интересным то, что прямо в дни этой ревизии (с 20 февраля по 21 марта 2012 года) была начислена фиктивная материальная помощь на имя шести сотрудников полиции и украдена через кассу – суммарно 118,4 тысячи рублей. Гуторова говорит: «Если бы это была я… Ну неужели я такая дура, что бегала бы в кассу воровать под ногами у ревизоров!» Наверное, не дурак был и тот, кто это реально делал, – не дурак, а просто абсолютно уверенный в том, что осечки не произойдет, никто за руку ловить не будет и не поймает.

 Читая эти акты и не веря своим глазам, консультируюсь у знакомого бухгалтера с многолетним стажем: возможно ли такое, чтобы в дни работы ревизии кассир выдавал чужие деньги постороннему человеку, не имеющему доверенности? «Или это самоубийца, - был ответ, - или сошедший с ума: такого просто быть не могло!»

 А вот в курской полиции кассир Татьяна Лазарева спокойно выдала шесть сумм в общей сложности на 118,4 тысячи рублей как раз без единой доверенности человеку, не имеющему к этим деньгам никакого отношения. И сделала это, можно сказать, почти что под приглядом ревизоров из областного ведомства.

 Вторую ревизию проводила бригада ведомственных ревизоров под руководством заместителя начальника того же КРО подполковника внутренней службы А.В. Хорхордина. Об основных результатах выше уже сказано. Но ведь был проверен весь, как позже оказалось, «воровской» 2012 год, а ни одного из 55 случаев хищения эта ревизия не уловила.

 Кто-то из чинов в суде говорил, что ревизоры не виноваты, они только по бумажкам ведут проверку: если цифры сошлись, то все в порядке…   

 Так-то оно так, но из актов от 21 марта 2012 и 2013 годов видно, что ревизоры анализировали и оценивали не только цифры, но и совершенно конкретные обстоятельства выплат, установили ряд нарушений, допущенных, действительно, по ошибке, и приняли адекватные меры. Там приводятся случаи допущенных неумышленно недоплат или переплат сотрудникам полиции каких-то денежных сумм. Например, некоему подполковнику, при переезде, выплатили подъемные на двух членов семьи из расчета по одному окладу денежного содержания этого офицера, а нормативным документом разрешалось на члена семьи выплачивать лишь по половине оклада. Переплачено 8123 рубля. И сразу же, еще в период ревизии, ущерб был возмещен, указанная сумма внесена подполковником по приходному кассовому ордеру.

 Приводятся два факта переплаты офицерам, уволившимся несколько месяцев назад. С них уже ничего не взыщешь, но все-таки в период ревизии начальник УМВД города издал два приказа, которыми заместитель командира подразделения и инспектор отделения кадров, как куратор, были назначены виновными и привлечены к материальной ответственности – на 1000 и на 500 рублей. Ну хотя бы эти деньги тут же взысканы и внесены в кассу по приходным ордерам.

 А по реальным фактам воровства что мы видим? Ничего! «Излишков нет, хищений нет, недостач нет».

 Могли или не могли эти благостные плановые ревизии увидеть, что деньги под видом матпомощи к фиктивному отпуску начислялись сотрудницам, находящимся в декрете или отпуске по уходу за ребенком, а также сотрудникам, уже уволившимся или убывшим на новое место службы в другие регионы? Что иногда в один день бухгалтерия одну сумму матпомощи бухгалтерия перечисляла на его банковский счет, а другую такую же и якобы ему же – платежной ведомостью в кассу, где «окончательно введенная в заблуждение» Лазарева или Дурицина помогали кому-то эти деньги уворовать?..  Одна кассир 38  сумм выдала, другая 15, после чего сделали ручкой бухгалтерской работе в полиции, ни материально и никаким другим образом не наказаны и теперь ходят в суд рассказывать сказки.

 Тогда, в феврале – марте 2013 года, плановая ревизия ничего этого «нем увидела», ни с кого ни рубля не было взято и никто ни к какой ответственности не привлечен ни тогда, ни до сих пор.

 Итак, 55 случаев мошеннических начислений и выплат материальной помощи почему-то оказались неприкасаемыми для плановых ведомственных ревизий. Но прошло совсем немного времени, и «на основании указания начальника УМВД России по Курской области» тем же самым старшим ревизором КРО майором внутренней службы Е.Ю. Гончаровым, который участвовал в предыдущей ревизии, была проведена проверка уже, как сказано, «отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности УМВД России по г. Курску за период с 1 января 2012 года по 1 января 2013 года».

Сравнение актов трех ревизий наводит на грустную мысль: ведомственные ревизии в полиции видели каждый раз то, что им было велено видеть. Приказал генерал видеть «отдельные вопросы», и майор Гончаров увидел все 55 случаев, которые до сих пор фигурируют в уголовном деле как случаи мошеннического хищения средств федерального бюджета.

 Только сам майор Гончаров, конечно же, в соответствии со своей компетенцией ничего о мошенничестве в акте от 16 сентября 2013 года не писал. Но именно он применил лукавую формулировку, которую охотно подхватили обе «главбушки», бывшая и нынешняя, и твердо стоят в суде на том, что в 2012 году в УМВД города ни хищений, ни недостач не было. А что же было?

«В результате нарушений, указанных в разделах I – IV акта, необоснованно начислено и выплачено материальной помощи на сумму 1 182 415 рублей» (следствие потом подуточнило сумму и вменяет Оксане Гуторовой те самые 1 168 020 руб.).

 Вот эту лукавую формулу и эксплуатируют теперь в УМВД города. О том, что похищено у государства более миллиона рублей, никуда не докладывают, потому что зачем докладывать о «необоснованных начислениях и выплатах». Баланс сходится, и кому какое дело, что сходится он за счет поддельных подписей о получении сотрудниками матпомощи.

 Простите, но «необоснованные начисления и выплаты» – это те, о которых говорилось в первых двух актах: начислили офицеру какую-то сумму по ошибке, спохватились, объяснили ему и со следующей зарплаты удержали. А в акте майора Гончарова, ставшем основой для уголовного дела, все-таки 55 установленных случаев полицейского казнокрадства. Бюджетные деньги уворовали и, как правильно пишет следствие, «воспользовались ими по своему усмотрению».

 Только вот кто?..

 

Виктор МЕТЧИКОВ.